Семья Траугот
ЖИЗНЬ В ИСКУССТВЕ
Эта история повторялась чуть ли
не каждый день...
Братья рисовали… Вдруг старший откладывал карандаш, бесшумно вставал и подходил к младшему брату. Он внимательно следил за его рисованием, а потом вдруг выхватывал из-под руки брата плотный шершавый лист с незаконченным рисунком. Он уносил «взятый боем» лист на свой стол и, не обращая внимания на протесты брата, быстрыми, уверенными штрихами заканчивал рисунок. Странное дело — на этих общих рисунках, из-за ко­торых в мастерской бывало много шума, получалось что-то вовсе неожиданное: совсем ещё детское рисование Валерия отваливалось от чёткого рисунка Александра.
На листе получалась не пута­ница из линий и цветных пятен,
а что-то новое, непохожее на работу каждого из братьев
по отдельности. Не сразу поняли будущие художники братья Трауготы, что эта похожая на игру странная привычка Алек­сандра станет для них чем-то вроде репетиции к далёкой творческой взрослой жизни.

Иллюстрации художников Г.А.В. Траугот сегодня широко известны и популярны не только в России, но и за её пределами.
Их тонкими изящными рисунками проиллюстрировано около четырёхсот книг общим тиражом более 80 миллионов экземпляров.

* Щелкайте по картинкам для увеличения


Уже не одно поколение детей попадают в сказочный мир Х. К. Андерсена, Ш. Перро, М. Метерлинка, А.С. Пушкина через таинственные, мистические акварели замечательных петербургских художников Г.А.В. Траугот, виртуозный рисунок которых невозможно спутать ни с кем.
Три первые буквы — это Георгий Николаевич (1903-1961), Александр (р.1931) и Валерий (1936-2009) Трауготы – отец и два сына. В их иллюстрациях всегда присутствует лёгкая незавершенность, оставляющая место для фантазии читателя, придающая иллюстрациям оттенок загадочности
и мистики. Работы этих замечательных художников оставили свой след и в книжной графике,
и в фарфоровых изделиях, и в живописи, и даже в рекламе, а также в игрушечном и упаковочном производстве!
Можно не знать эту фамилию, но не заметить этих таинственных картинок в своих книжках и тем более не узнать характерной манеры, где виртуозный рисунок пером легко тронут акварельным пятном, совершенно немыслимо. Почитателей их книжной графики и живописи несть числа.
И у каждого свои предпочтения. У кого-то это детская книга — возвышенно-романтичные рисунки
к сборникам сказок Х. Андерсена, Ш. Перро, стихам Н. Гумилева «Капитаны», к сказке Н. Гернет
о лунном свете, к рассказам о композиторах — А. Моцарте, И. Бахе, Н. Паганини, Дж. Россини,
И. Штраусе. Иные предпочитают утонченные работы-размышления к «Медному всаднику»
и «Маленьким трагедиям» Пушкина, «Мастеру и Маргарите» Булгакова, к сказкам Гофмана,
братьев Гримм, «Фаусту» Гёте, Шекспиру, Киплингу, Набокову...

Им подвластна любая литература мира.
Художественные образы отражают авторское слово, соответствуют ему
В каждой работе — только им присущие линия и цвет, и та тайна, которая не определима словами. Музыкальные линии нанесены подвижной, свободной рукой. Цвет живописен, вольно льётся, содержателен и красив. Как красиво отношение братьев к творчеству, жизни, людям! Каждый из братьев владел рисунком и живописью в совершенстве и стилистически схоже. Хотя по характеру, да и внешне были они очень разные.
Манера художников особен­ная: воздушная, изящная. Их рисунки не спутаешь ни с ка­кими другими. Валерий Георги­евич называл такое рисование французским словом «туше» «прикосновение». Работа долж­на производить впечатление легкого прикосновения, полета пера или кисти. И в самом деле, словно одним росчерком, без малейших усилий сделаны их рисунки. Но подобная лёгкость не даётся без большого труда, мастерства и таланта.
Мечтатели и романтики Трауготы – петербуржцы, и любовь к этому необыкновенному городу, его архитектуре, особенным краскам неба, воды, домов всегда ощутима в их иллюстрациях. Они окрашены в петербургские цвета. Художников влёчет таинство света, его превращений. Свет может быть голубым, синим, фиолетовым, лунным, закатно-розовым, самых разных оттенков, он может быть небом, пространством комнат, старинных романтических улиц, может быть линией, мерцающим пятном...

Александр и Валерий Траугот

Щелкните для увеличения

Мы стараемся делать живую вещь. Чтобы каждый мазок звучал. Чтобы удар кисти всё выражал...
— Александр Траугот
Братья Александр Георгиевич Траугот (р. 19 июня 1931) и Валерий Георгиевич Траугот (23 июня 1936 — 5 октября 2009) родились в Ленинграде, в семье художников Георгия Николаевича Траугота и Веры Павловны Яновой.
Это была дружная семья, жившая и дышащая творчеством. В мастерской Трауготов рисовали, лепили, к ним
в гости приходили известные художники, писатели и поэты. Выросшие в художественной среде братья восприняли и романтическое настроение петербургских пейзажей отца, и ритмическую организацию композиций матери.
Творчество родителей оказало существенное влияние на формирование стиля и авторской манеры художников.
Несмотря на то, что в войну семья была разлучена, братья не переставали учиться и рисовать.
Георгий Николаевич был отправлен на фронт военным художником. Младший сын Валерий был эвакуирован
в Тюменскую область. Вера Павловна с десятилетним Александром пережили все тягости и трагедии блокадного Ленинграда.
Судьба хранила Трауготов – после войны все они встретились в Ленинграде. Возмужавшие за время войны и творчески состоявшиеся дети стали полноправными участниками художественных проектов отца.

Александр и Валерий Траугот

Щелкните для увеличения

Это была не вполне семья. Это был такой ансамбль, коллектив, какой бывает в цирке.
Когда объявляют «такой-то с сыновьями-воспитанниками»: один стоит на полу, другой
на его голове, третий ещё что-то. Так мы вместе работали в искусстве.
Мы вместе мыслим. И вместе чувствуем. Это и есть наше искусство.
Но работать вместе – трудно. Для этого нужны внутренние этические установки...
Александр Траугот
В 1950-х Валерий с Александром начали работать в скульптуре малых форм. Вместе ими сделаны несколько работ в фарфоре, выпущенных значительным тиражом в кооперативной артели «Прогресс» (Ленинградская область). Первой моделью стала фарфоровая статуэтка
«Клоун с собачкой». По моделям А. и В. Трауготов производились тиражные фарфоровые фигурки, изображающие сказочных персонажей: «Чиполлино», «Папа Карло и Буратино» и «Мальвина с Артемоном».
С начала 1960-х годов братья Траугот сотрудничали с Ленинградским фарфоровым заводом имени Ломоносова. Скульптурную работу выполнял Александр Георгиевич, а роспись — Валерий Георгиевич.
Семья очень любила расписывать фарфоровые тарелки — этим занимались по вечерам, в уютной домашней обстановке.
Авторский фарфор Траугот и сегодня можно приобрести в антикварных салонах.

Клоун Карандаш с собакой Кляксой

Артель "Прогресс". Высота 10,7 см. Модель 1950-х г. СССР

Главным делом жизни Александра и Ва­лерия всегда были книги
Эпос, проза, поэзия: Гомер, Апулей, Шекспир, Перро, Гофман, Андер­сен, Пушкин, Чехов, Блок, Гумилев, Есенин, Булгаков, Набоков — всего
не перечислить. Они трудились в разные художе­ственные времена,
не заигрывая с сиюми­нутной модой. Они нарисовали более тысячи лиц, создав обширнейшую психологическую галерею человеческих образов.
Они работали кистью, пером, карандашом, в литографии, офорте, монотипии, артистично меняя техники и саму манеру ис­полнения, вкушая радость от воплощения ху­дожественного слова, проникая в его глу­бины.
Художники не повторяют то­го, что читатель может прочесть и сам.
Они считают: иллюстрирование не должно послушно следовать
за словом, задача художника разглядеть в книге то, что может быть выражено только рисунком.
Почти одновременно они рисовали «Цирк» С. Маршака и «Синюю Бороду» Ш. Перро,
«Новое платье короля» Х.-К. Андерсена и русскую народную сказку «Лиса и жу­равль»...
В этих столь разных по жанру книгах сразу же проявились все ос­новные черты их будущего творчества: возвышенный романтизм, чув­ство юмора, глубокое вхождение в авторское слово, виртуозная рабо­та пером и кистью, способность соз­давать цельный образ книги, вся­кий раз отвечающий литературному тексту, и то, до конца все­гда необъяснимое, что будет при­тягивать читателей и зрителей их книг.

Щелкните для увеличения

В их творчестве немало книг, изданных для малышей, для дошколят. Но Трауготы для этих изданий никогда не снижали художественную планку, не инфантильничали. Они видели перед собой ребенка творческого, ка­кими сами были в детстве. И считали, что дети, фантазёры и мечтатели, их всегда поймут. Художники возвратили детской книге жизнерадостные краски и смелость компо­зиций.

На всероссийских конкурсах братья Трауготы получили более 30 дипломов, из которых 14 — первой степени
(в том числе награждены дипломами Комитетов по печати СССР и РФ за иллюстрации к сказкам Х. К. Андерсена). Художники регулярно участвовали в выставках книг и иллюстраций в России, Германии, Италии, Чехии, Словакии, Польше, Японии, Франции. Работы братьев Трауготов находятся в музеях Москвы (в том числе в Третьяковской галерее), Санкт-Петербурга, Твери, Архангельска, Петрозаводска, Вологды, Иркутска, Красноярска, Рязани, Калининграда; за рубежом: в музее Андерсена в Одессе, в Японии, Германии, Чехии и других, а также во многих частных коллекциях в Европе, США, Израиле.

Александр и Валерий Траугот

Щелкните для увеличения

Наследие семьи Траугот живёт в книгах,

картинах, скульптуре, и ещё многие поколения смогут восхищаться уникальностью этих художественных работ!

 
This site was made on Tilda — a website builder that helps to create a website without any code
Create a website